![]() |
Зацепило
Создавая эту тему, я основывалась на том, что, наверняка у каждого из нас есть какие-то любимые отрывки из произведений, встреченное в сети или просто услышанное что-то, что "не прошло мимо". Делимся этим здесь :)
|
Я же и начну:
Пришел к неоспоримому выводу. Наш мир делался в фотошопе. Скорее всего в седьмой версии. Это видно, когда выпиваешь в заведении. Верхний слой высветляется до процентов пятидесяти и начинаешь видеть серо-белые клеточки Сущего. По-моему тот, кто создавал этот мир, переборщил со световыми эфектами. Это пошло. Особенно вечером, когда зажигаются фонари. Слои, слои. Кругом слои. Если высветлить со многих моих знакомых слой самоувереннсти – за ним проступают контуры ограниченности. Выделить слой обоев в моей комнате и нажать "Delete" – неоштукатуренная стена. Когда я только просыпаюсь – в глаза бросается сильное размытие окружающиего мира. Кто-то явно переборщил с этим инструментом. Впрочем, он и так время от времени балуется с ним – например тогда, когда я выпиваю чуть больше, чем того требует культура речи. И когда он, внутренний я, скажет, что бросает меня – весь мир перейдет в режим "Grayscale" и только редкий человек сможет вернуть файлу первоначальные краски. Чуть увеличить разрешение. Улучшить качество. Увеличить резкость характера до определенных процентов. Моя жизнь сохранена в формате psd и занимает дофига места. Мое прошлое – справа, в анкете и в окошке History. Если увеличить мою жизнь во много раз – она распадется на совершенно неприглядные точки, потеряв общий более или менее красивый вид. Все отлично. И кто попробует разубедить меня в этом. Тот ничего не понимает в насовесть обработанных в фотошопе файлах. (с) Басаргин Олег |
ô_ô круто!
про ФШ подобного еще не слышал :) сам придумывал подобные вещи, только вместо фотошопа был 3ДМАКС :happy: |
DesteN, а выложи сюда свое про 3dmax, а? ;) Почему нет? :)
|
Очень длинный, но не обессудьте
- Глупец, который хочет встретиться с повелителем Вселенной.
- А, - сказала она, взяв бутылку из рук Зафода, - честолюбец. Глава 27 На ничем не приметной планетке, укрытой обширным невероятностным полем, шел дождь. Он лил и лил, он барабанил по ветхой железной крыше маленькой хижины, стоявшей неподалеку от берега моря. Однако обитатель хижины не слышал шума - его внимание было занято другим. Обитатель этот был долговяз, сутул и неуклюж. Его голову украшала копна соломенно-желтых волос, слипшихся от воды - с дырявого потолка все время капало. На полу, под продавленным креслом, сидел старый, видавший виды кот. На нем и было сосредоточено все внимание человека. - Кис-кис-кис... - говорил он. - Киска хочет рыбки? Кот еще не решил для себя этой проблемы. Он тронул лапой протянутый кусок рыбы, но его отвлекла какая-то щепка на полу. - Киска не есть рыбки. Киска похудеет, а потом умрет. - Сомнение закралось в голос. - Мне представляется, что так может случиться, - сказал человек. - Но разве я могу знать наверняка? Он вздохнул. - Я думаю, что рыба вкусная, но, с другой стороны, я также думаю, что дождь мокрый. Так мне ли судить об этом? Он взял со стола клочок бумаги и огрызок карандаша. Держа бумагу в одной руке, а карандаш в другой, он попробовал соединить эти предметы разными способами. Он подсунул карандаш под бумагу, потом бумагу под карандаш, потом расположил их рядом. Он попробовал завернуть карандаш в бумагу, потер бумагу тупым концом карандаша, затем острым. Острый конец оставил на бумаге след, и, сделав это открытие, человек обрадовался. Он подложил под себя руку, посидел на ней и с интересом прислушался к ощущению в бедре. - Когда прилетели люди в шести черных блестящих кораблях, вернее, когда мне представилось, что они прилетели, представилось ли тебе то же самое? А, киска? Кот оставил в покое щепку и занялся рыбой. - А когда я слышу их вопросы, ты их тоже слышишь? Может быть, ты думаешь, что они поют тебе песенку? - Он задумался и обнаружил ошибку в своих рассуждениях. - Может быть, так оно и есть - они поют тебе песенку, а я думаю, что они задают мне вопросы. Он помолчал. Иногда он несколько дней не раскрывал рта - просто чтобы посмотреть, что из этого получится. - Ты думаешь, они были здесь сегодня? - сказал он. - По-моему, сегодня. На полу следы, на столе сигареты и бутылка виски, на твоем блюдце - рыба, и память о них свежа в моем мозгу. Конечно, все это нельзя считать неопровержимым доказательством, но разве такие существуют? Посмотри-ка, что они мне оставили - кроссворды, словари, калькулятор. Он принялся забавляться с калькулятором. Прошел час. Кот доел рыбу и заснул. Дождь не прекращался. Наконец человек отложил калькулятор, взял со стола сигарету, закурил. Глубоко затянулся. - Похоже, я сегодня видел еще один корабль. Большой и белый. Я никогда таких не видел. Здесь было только шесть черных. "И шесть зеленых. Были еще какие-то - сказали, что прилетели издалека. Но большие белые - никогда не было. Может быть, шесть маленьких черных при определенных обстоятельствах могут выглядеть как один большой белый? Кто знает... А может быть, мне хочется выпить виски? Пожалуй, да. Пожалуй, хочется. Он встал, нашел на полу стакан, налил виски. Потом снова сел. - Может быть, ко мне еще кто-нибудь заглянет, - рассудил он. |
а вот и конец его
***
В сотне ярдов от хижины лежал звездолет "Золотое сердце". Из открытого люка показались три фигуры. - Так это здесь? - Триллиан кричала, стараясь перекрыть шум дождя. - Здесь, - сказал Зарнивуп. - В этой лачуге? - спросила Триллиан. - В этой лачуге. - Но как можно управлять Вселенной из такого захолустья? - Чудеса, - сказал Зафод. Насквозь промокнув, они подошли к двери хижины. Постучали. Дверь отворилась. - Здравствуйте, - сказал высокий сутулый мужчина. - Простите, - начал Зарнивуп, - но у меня есть определенные основания предполагать, что... - Вы управляете Вселенной? - выпалил Зафод. Мужчина улыбнулся: - Стараюсь не делать этого. Вы промокли? Зафод посмотрел на него удивленно: - Разве не видно, что мы промокли? - Мне представляется, что промокли. Но возможно, вы на этот счет другого мнения. Если вы думаете, что в тепле сможете обсохнуть, заходите. Они вошли. Осмотрели комнату: Зарнивуп с отвращением, Триллиан с интересом, Зафод с восхищением. - Как ваше имя? - спросил Зафод. - Вы думаете, у меня есть имя? Стоит ли давать имя средоточию смутных сенсорных ощущений? Хозяин предложил Триллиан сесть в кресло, а сам пристроился на подлокотнике. Зарнивуп оперся о стол. Зафод улегся на тюфяке. - Ух, хорошо, - сказал он и пощекотал кота. - Царское ложе. - Послушайте, - сказал Зарнивуп, - мне надо задать вам несколько вопросов. - Прекрасно, - сказал хозяин. - Можете спеть моему коту. - Ему это понравится? - спросил Зафод. - Спросите его. - Он разговаривает? - Не припомню такого. Но память моя ненадежна. Зарнивуп вынул из кармана блокнот. - Итак, - начал он, - вы управляете Вселенной? - Трудно сказать, - ответил хозяин. Зарнивуп сделал пометку в блокноте. - Как давно вы этим занимаетесь? - А-а, - сказал хозяин, - это вопрос о прошлом? - Да, - подтвердил Зарнивуп. - Как же я могу вам ответить? Разве прошлое не есть фикция, придуманная для того, чтобы объяснить различие между непосредственным физическим ощущением и состоянием ума? Зарнивуп уставился на хозяина: - Вы на все вопросы так отвечаете? - Когда мне представляется, что я слышу вопрос, я говорю то, что придет в голову. Зафод рассмеялся: - За это дело стоит выпить! - Отхлебнув виски, он вручил бутылку правителю Вселенной, который принял ее с благодарностью. - Молодец, правитель, - сказал Зафод. - Продолжай в том же духе. - Послушайте лучше меня, - вмешался Зарнивуп. - Ведь к вам прилетают люди? - Думаю, да. - Хозяин передал бутылку Триллиан. - И просят вас принять какие-то решения, вмешаться в их жизнь, во все, что происходит там, во Вселенной? - Там? Где это - там? - Там, - сказал Зарнивуп, показывая на дверь. - Откуда вы знаете, что там что-нибудь есть? - сдержанно спросил хозяин. - Ведь дверь закрыта. Дождь продолжал барабанить по крыше, но в хижине было тепло. - Но там же целая Вселенная! - воскликнул Зарнивуп. - Вам не удастся уклониться от своих обязанностей, заявляя, что ее не существует! - Я принимаю решения только о том, что касается моей Вселенной, - подчеркнул хозяин. - Моя Вселенная - это мои глаза и мои уши. Все прочее - не более чем слухи. - Неужели вы ни во что не верите? Хозяин пожал плечами и взял на руки кота. - Не понимаю, о чем вы. - Но те решения, которые принимаются здесь, в этой хижине, влияют на жизни и судьбы миллионов людей. Ведь это ужасно! - Право, не знаю. Я никогда не встречал всех этих людей. Я думаю, и вы их не встречали. Они живут лишь в словах, которые мы слышим. Безрассудно говорить, что нам известно что-либо о других. Только они знают о себе - если, конечно, существуют. У каждого из них своя Вселенная - свои глаза и уши. - Пожалуй, я выйду на минутку, - сказала Триллиан. Она вышла под дождь. - Так вы верите, что другие люди существуют? - настойчиво продолжал Зарнивуп. - Кто знает?.. У меня нет твердого мнения на этот счет. - Пойду взгляну, что там с Триллиан, - сказал Зафод и вышел. Догнав Триллиан, он сказал: - Кажется, наша Вселенная в надежных руках. - Да, - согласилась Триллиан. Они пошли прочь от хижины. Между тем Зарнивуп продолжал задавать вопросы: - Неужели вы не понимаете, что от одного вашего слова зависит жизнь и смерть цивилизаций? Правитель Вселенной прислушался к слабому звуку двигателей стартующего корабля, потом заговорил, стараясь заглушить его: - Я никак не связан с цивилизациями. Я не жесток. - И нежно погладил кота. - Хорошо, - не сдавался Зарнивуп, - откуда вам тогда известно, что существует этот кот? - Я не имею об этом ни малейшего понятия. Мне просто приятно вести себя соответствующим образом по отношению к тому, кто (или что?) представляется мне котом... Знаете, я, кажется, немного устал. Зарнивуп разочарованно вздохнул и огляделся. - А где мои спутники? - удивился он. - Какие спутники? - спросил правитель Вселенной. Он откинулся в кресле и налил себе виски. - Библброкс и эта девушка! Они только что были здесь. - Я их не помню. Прошлое - это фикция, придуманная для того... - Замолчите! - Зарнивуп бросился вон из хижины. Корабля не было. Дождь продолжал взбивать жидкую грязь. Зарнивуп закричал, повернулся и побежал обратно. Дверь в хижину была заперта. Правитель Вселенной дремал в кресле. Потом он очнулся, снова взял карандаш и бумагу и с удовольствием убедился, что первый оставляет след на второй. Снаружи до него доносились различные звуки, но он не знал, реальны они или нет. Потом он в течение недели рассказывал о чем-то столу, чтобы посмотреть, как тот будет реагировать. |
-Я тебя люблю.
-Я тебя тоже. -Забавно... Я бы флиртовал с Реальностью. Мы с ней самые близкие враги, почти герои порнографического романа, мы с ней самая зловредная пара, пересоседей, недолюбовников, Реальность-шлюха, она обожает раздеваться за дополнительную плату. Но как только пальцы скользят ниже, она кидает тебе листья или снег и смеясь прокуренным смехом, улетает обратно в зависимость. Она всегда хохочет, никогда в ее хрипах, изливающихся, как осенний ливень, не промелькнуло ни капли сострадания, ни привязанности. Да что там...даже понимания. Она заставляет: как дилер, продает наркотики. Чтобы убежал от нее, а она ставила бы ставки, играя сама с собой, добежишь ты или взвоешь на полдороги и начнешь вести дневник, в котором изольешь курсивами как тебе плохо, как они неблагодарны и жестоки. Они - это те, кто дневников не ведут, но, уверяю, думают абсолютно также. Но реальность не такая. Она имеет все то, чего так не хватает нам всем... В ней нет ни секунды фальши. Пожалуй, я возьму ее в жены. (с) Басаргин Олег |
Слова...
Кроме слов, у нас ничего больше нет. Можно, конечно, производить действия, делать дела и совершать поступки. Но верить в любом случае будут только тому, что ты говоришь. Это бред, но это так. Если от любви отнять уроки физкультуры останутся лишь уроки русского языка. Мало кто из девушек думает о том, что слова надо тщательнейшим образом экономить, ведь у каждой любви есть свой словарный запас. Он может быть больше или меньше, но в какой-то момент он заканчивается. Вдруг тебе больше не захочется спорить, объяснять, ругаться и настаивать, ты замолчишь и подумаешь: "Зачем говорить, ведь больше уже нечего сказать". После этого имеет смысл пожать друг другу руки, поблагодарить за плодотворное сотрудничество и пойти учить французский. ...и расстояния. Расстояний не существует. Препятствий нет, Сибири нет, тысяч километров между Москвой и Нью-Йорком нет. Можно разогнаться на мерседесе цвета сливок в кофе до скорости света, звука и мысли и врезаться ей в самое сердце. Но сегодня сверхзвуковые конкорды никому не нужны, впрочем, как и Мерседесы, и магистрали. Всего пара часов в Интернате и ты поймешь, что свою ненаглядную можно любить битами и буквами, словами и выражениями, а не глазами, не ушами, не руками. А в принципе можно вообще ничем конкретным ее не любить, достаточно однажды обнаружить, что она – это ты. После этого удивительного открытия останется разве что написать завещание в стихотворной форме. (с) Басаргин Олег |
Если бы вы когда-нибудь подошли бы к ней с бесконечно оригинальным вопросом: «Девушка, а, девушка, как вас зовут?», вы бы поняли, почему я так её называл.
Она была красива. Как говорится, радовала глаз. Независимая, своевольная. Мы ладили. Мы были хорошими друзьями. С ней можно было поговорить обо всём, она была умная. Согласитесь, редкость для красавиц. Мне не так много попадалось в жизни действительно, по настоящему, красивых девушек, но большинство из них были умницы. Наверное, везло. Как я сказал, мы были друзьями. Во-первых, я бы не позавидовал её парню, с её-то характером. Представляю, как бы она капризничала и измывалась. Такими можно владеть, только если она влюблена в тебя как кошка. Тогда она даже будет терпеть и невнимательность и пренебрежение. Глубоко уязвляемая этим, она (королева!) будет стараться завоевать и покорить тебя. Свести с ума, как всех… И лишь держа на расстоянии, ты сможешь удерживать её рядом. Парадокс. Но как же она будет страдать… В общем, это страшно… Во-вторых, в первые месяцы нашего знакомства мы выяснили, что оба «не совсем в моём вкусе» по отношению друг к другу. Не знаю, кто больше врал. Кроме того, я хорошо знал, что случись между нами что-то – это быстро закончится - и всё. Мне не хотелось её терять. И – так она всегда оставалась предметом моего легкого тайного вожделения, и каждую нашу встречу я любовался ей. Иногда это было часто, иногда мы виделись раз в несколько месяцев. Я ждал её в какой-нибудь кафешке. Она входила свежая, разгоряченная от быстрой ходьбы, плюхалась рядом, вытягивала свои красивые ноги в сапожках-чулках, и мы долго смотрели друг на друга, лыбясь как идиоты. Мы рассказывали друг другу обо всём. Единственное, о чем мы никогда не говорили – личная жизнь каждого. Наверное, это было чувство сродни ревности. Какой там секс. Чувства, которые я испытывал, когда она, смеясь, падала лицом мне на плечо, а я аккуратно придерживал её за талию, когда в холодные дни она шла рядом, взяв меня под руку и прижимаясь ко мне, когда я держал её, выпившую, весёлую, нетвердо стоящую, в метро, провожая домой, – не описать… Секс бы всё испортил. Мы были выше этого. Звучит пафосно, но… Когда она была трезвой, а так оно, как правило, и было, домой она уезжала сама. Я провожал её к метро, если было поздно – сажал в машину. Отъезжая, она улыбалась, слегка махала мне рукой. Закуривая, я подмигивал ей и брел ловить машину себе. Почему в прошедшем времени рассказываю? Поднимает глаза. Да нет, жива. Замуж она потом за кого-то вышла. Это я – умер. Тоска и небо. Небо и тоска... (с) не мое |
Рэй Бредберри - Калейдоскоп. Помнится очень мне понравилось.. оригинально.. но здесь выкладывать - многовато места наверное.. впрочем 386 строк... судите сами. Если надо - наберу.. :lol: ;)
|
Часовой пояс GMT +3, время: 00:17. |
Powered by vBulletin
Copyright ©2000-2024, Jelsoft Enterprises Ltd.